Чиприано де Роре
Чиприано де Роре — фламандско-итальянский композитор эпохи Возрождения, один из центральных представителей франко-фламандской школы, работавших в Италии. Он считается одним из ключевых мастеров мадригала XVI века. Его творчество сочетает плотную полифонию североевропейской традиции с выразительностью итальянского мадригала, а также представляет собой важный шаг к «второй практике» — свободной гармонии и драматическому текстовому выражению. Он создал более ста мадригалов, свыше пятидесяти мотетов и несколько месс, тем самым оказав глубокое влияние на дальнейшее развитие европейской вокальной музыки.
Композитор родился в Ронсе во Фландрии около 1515 года и умер в Парме в сентябре 1565 года. Его родителями были Целестинус Роре и Барбара ван Коппенолле; известно также о двух его братьях, Францискусе и Целестинусе. Семья Роре жила в Ронсе по меньшей мере с 1400 года и имела собственный герб, изображённый на личной печати композитора и на его надгробии в Парме. Ранние годы композитора окутаны неизвестностью, однако предполагалось, что он мог сопровождать Маргариту Пармскую в Неаполь в 1530-е годы, что косвенно свидетельствует об его ранних связях с итальянской музыкальной средой; также вероятно, что первоначальные музыкальные навыки он получил в Антверпене.
Он был знаком с Адрианом Виллартом и, вероятно, обучался у него, однако прямых документальных подтверждений этому нет. Тем не менее Роре поддерживал тесные связи с венецианским кругом и, по всей видимости, посещал Венецию ещё до середины 1540-х годов. В 1542–1545 годах он жил в Брешии, где начал набирать известность как композитор, издав первый сборник мадригалов, а также два сборника мотетов, высоко оценённых современниками и переизданных ведущими венецианскими типографиями.
В 1546–1559 годах он служил капельмейстером при дворе герцога Эрколе II д’Эсте в Ферраре, одном из крупнейших культурных центров Европы. Здесь он создал множество мадригалов, месс и мотетов, а также поддерживал связь с баварским двором Альбрехта V, куда отправлял свои сочинения. В Мюнхене был подготовлен роскошный манускрипт с 26 его мотетами, украшенный миниатюрами Ганса Мёлиха, для которого композитор позировал художнику лично.
Во время службы при дворе д’Эсте он также обучал Жака де Верта и Луццаско Луццаски, которые впоследствии стали основателями одной из наиболее авангардных течений позднего Возрождения, что подчёркивает его роль не только как композитора, но и как влиятельного педагога.
После краткого возвращения на родину в 1558 году, вызванного болезнью родителей и смертью брата, он ненадолго вновь оказался в Ферраре, но уже в 1559 году покинул службу, вероятно, из-за кадровых предпочтений нового герцога Альфонсо II. Его родной город Ронсе к тому времени был разрушен в ходе войн, что осложнило его положение. После пребывания в Антверпене он вернулся в Италию и в 1560 году поступил на службу к Фарнезе в Парме. В этот период он также находился при дворе Маргариты Пармской в Брюсселе, что расширило его связи среди европейской аристократии.
Испытав разочарование из-за скромной культурной жизни Пармы, Роре в 1563 году недолго занимал должность капельмейстера собора Сан-Марко в Венеции после смерти Вилларда, но уже в следующем году покинул её из-за беспорядка в капелле и низкого жалования, после чего вернулся в Парму, где и скончался. Его племянник Лодовико Роре установил надгробие с эпитафией, обещающей, что имя композитора не будет забыто.
Большая часть его мадригалов — преимущественно на стихи Петрарки, Ариосто и других поэтов — была опубликована в восьми сборниках в 1542–1566 годах, всего около 120 произведений. Его новаторская книга 1542 года утвердила пятиголосный состав как норму для мадригала и соединила нидерландскую мотетную полифонию с итальянской светской формой, что обозначило поворот к более серьёзной и драматической манере письма. В зрелых сочинениях Роре сочетаются изысканная полифония, хроматика, музыкальная риторика и техника note nere. Среди наиболее известных мадригалов выделяются «Calami sonum ferentes», «Vergine bella», «Anchor che col partire», «Mia benigna fortuna», «Da le belle contrade d’Oriente» и «O sonno», демонстрирующие широкий спектр его художественных поисков, включая антикизирующие эксперименты и смелые гармонические решения. Его влияние простирается далеко за пределы середины века; Альфред Эйнштейн называл Клаудио Монтеверди его духовным наследником.
Новейшие исследования подчёркивают, что Роре происходил из зажиточной семьи и вырос в регионе, который был культурным ядром франко-фламандской школы. Его ранний опыт сопровождения Маргариты Пармской в Неаполь, подтверждённый документами 1533 года, вероятно, сыграл ключевую роль в формировании его связи с итальянской культурой и в дальнейшем способствовал его активному участию в развитии позднеренессансной музыкальной традиции.
Кроме мадригалов, де Роре создал мотеты, среди которых выделяется «Infelix ego» на текст Савонаролы, а также многоголосные обработки псалмов, духовные песни, два магнификата, несколько месс и шансон, что свидетельствует о масштабности и многообразии его музыкального наследия. Он также написал Страсти по Иоанну, светские латинские мотеты, а в духовной музыке нередко обращался к стилю Жоскена, развивая его приёмы и демонстрируя свою связь с нидерландскими корнями.
Дополняя эти сведения, исследователи отмечают, что уже в 1540-е годы Роре привлёк внимание как выдающийся мастер мадригала, причём сам он называл свои характерные украшения из мелких нот «хроматизмами», подчёркивая их изобразительный и красочный характер. Его мадригалы продолжали активно издаваться и после смерти композитора, включая сборники 1551, 1557 и 1577 годов, а некоторые публикации объединяли его сочинения с мадригалами Палестрины, что отражает их неизменную популярность в XVI веке.
К этому можно добавить, что его попытки получить престижные должности в Венеции и Мантуе после 1560 года не увенчались успехом, что во многом определило его окончательное возвращение в Парму. Среди вероятных учеников Роре исследователи также называют Марка Антонио Индженьери. Особое место в его наследии занимает одиннадцатичастный цикл «Vergine bella», представляющий собой крупное гимническое произведение, посвящённое Богородице. Его светские латинские мотеты, редкий для времени жанровый переход, сопоставимы по стилю с мадригалами и демонстрируют смелое расширение выразительных средств. В его зрелой технике особенно заметно пренебрежение строгой строфикой стиха в пользу выразительного следования смыслу текста, а также серьёзный, сосредоточенный тон, резко контрастирующий с более лёгкими мадригалами предшественников. Его духовная музыка часто воспринимается как прямое развитие традиции Жоскена, а возраст композитора на момент смерти — 49 лет — был указан на его надгробии и лёг в основу уточнения датировки его жизни.
Connections
This figure has 4 connections in the art history graph.